Альпинисты Северной Столицы




Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования

 
Для продаж доступные проверки тайный покупатель заказать во многих городах

 ЯГНОБСКАЯ СТЕНА 
Виктор Маркелов – инженер,
МС СССР по скалолазанию и альпинизму.

1971 год. 
Чемпионат СССР по классу технических восхождений, 1 место. 
Восхождение на Замин-Карор (Ягнобская стена – более старое название) Западную вершину по центру СЗ стены, первопрохождение, 6 к/тр., совершенный командой спецотряда ЦС ДСО «Буревестник» и Нурекгэсстроя в составе: Шрамко Г. (рук., Нурек), Божуков В. (Москва), Ванин В. и Гаврилов Г., Маркелов В., Петров М. (последние – Ленинград).
Примечание редакции

«В советское время существовало много относительно честных способов использования коммунистической идеологии на благо альпинизму. Одним из виртуозных мастеров этого дела был обладатель всех высших спортивных титулов и званий Валентин Михайлович Божуков. С момента зарождения цивилизации люди занимались тем, что сейчас называется промышленным альпинизмом, но далеко не всегда это поощрялось и поддерживалось властями. А Божукову удалось пробить и довести до сознания высших партийных и комсомольских вождей красивую идею – создание специализированных отрядов скалолазов-монтажников для работы на великих стройках коммунизма. Могучие спортсмены призваны были совершать трудовые подвиги, решая за счет своего мастерства производственно-технические задачи невероятной сложности, а заработанные деньги расходовать на спортивные экспедиции в новые горные районы. И все это – под красным флагом и покровительством ЦК комсомола.

Идея была блестяще реализована в 1971 году, когда объединенный отряд "Буревестника" и Нурекгэсстроя успешно проделал высотные работы на Нурекской ГЭС – закрепил на склоне громадный кусок скалы, а потом выставил команду на чемпионат СССР по альпинизму. Команда под руководством Г. Шрамко, в которую входили В. Божуков, В. Ванин и ленинградцы В. Маркелов, Г. Гаврилов и М. Петров, прошла новый маршрут по СЗ стене Ягноба и заняла 1 место в техническом классе. Божуков и Ванин стали в том же году еще и чемпионами в классе траверсов, а Маркелов и Гаврилов заняли первые места на чемпионате СССР по скалолазанию. Потом этот успех несколько раз повторялся, и к середине восьмидесятых схема организации таких отрядов была хорошо отработана».



СТЕНА 

О стене Ягноба сейчас уже, наверное, знает любой. А сколько на ней маршрутов – пятёрок, шестёрок! Возможно, только легендарная красавица Ушба может соперничать с ней. Одним словом, Ягноб – это Ягноб.


Ягноб карта

А тогда для нас, молодых и целеустремлённых, это была прекрасная возможность проявить себя. Выплеснуть накопившееся умение наружу, пройти первыми сложнейшую стену.

Нам часто говорили: "Вы скалолазы, у вас нет нашей психологической подготовки, стену вам не пройти". Но говорившие это заслуженные альпинисты не знали, что подобные стены в Крыму мы брали за несколько часов, что на спор (конечно, это было глупо) пролезали без страховки отвесы Крестовой и что сильно испортили себе репутацию в Домбае и Узунколе быстрыми восхождениями.

Это сейчас лазают на время, устраивают "школы", где нужно без страховки лезть, как со страховкой, проходят на чемпионатах такие обязательные ледовые маршруты, что у них даже за мастерские баллы не находится последователей. Да что и говорить, теперь на пик Коммунизма бегают с лыжными палками, только что без лыж.

Сейчас можно всё, а тогда нужно было добиваться того, что можно сейчас. И конечно, это было прекрасно, только плохо, что синяки и шишки той поры иногда дают о себе знать. Время неумолимо, прогресс тоже. Мы прошли стену за три дня, следующая за нами группа прошла её за девять дней, а теперь ходят за день. Кто-то в одиночку, возможно, пройдёт часа за четыре в будущем, когда не будет недостатка в крючьях. Одним словом, ходить на эту стену будут еще долго.


ЯГНОБСКАЯ-СТЕНА. Замин-Карор

После первого восхождения на Ягноб в 1971 году мы приезжали туда ещё несколько раз и всякий раз неповторимая красота скальных маршрутов заманивала на новые стены. Особенно интересными, с точки зрения превратностей судьбы, были два восхождения на один и тот же маршрут по юго-западной стене. Первый раз мы прошли её на чемпионате ЦС " Буревестник" в 1974 году и удостоились золотых медалей. Прошли с одной ночёвкой и что самое интересное –от старта до финиша в калошах. В калошах было очень хорошо идти вверх, но спускаться – по осыпи, с рюкзаками! Словами это не описать, это нужно попробовать.

Второй раз пригласил меня пойти, как впоследствии оказалось на этот же маршрут, Шура Липчинский. Я сначала не хотел, но затем согласился с условием, что мы пройдём в новой компании, как и раньше с одной ночёвкой. Нам удалось пройти с одной ночёвкой, но, правда, удалось схватить и холодную ночёвку на спуске на красивой, как выяснилось утром, лужайке. Этот эпизод запомнился как курьезный, а вот другой оставил иное впечатление.


Ягнобская-стена-или-Замин-Карор.html

Метров за сто до выхода на гребень мне пришлось идти первым. Я узнавал маршрут 1974-го года и вспомнил, что где-то здесь контрольный тур, который я сам и делал – баночка из-под красной икры, прибитая шлямбуром к стене. Нахожу баночку и хочу взять свою же записку. Записка есть, но не наша, а чужая и в ней написано, что они идут первопрохождение по стене Ягноба на чемпионат СССР 1977 года. Может быть у них не было баночки? Или может быть они были стеклянные и очень тяжёлые, потому что они шли очень долго – шесть дней, но всё равно стали чемпионами СССР. А мы, кстати, вторично стали чемпионами "Буревестника". Так что только на одном маршруте Ягноб заработал три золотые медали!

А как прошло то первое наше восхождение по стене…?

1971. Перебирая в памяти впечатления прошедшего лета, всякий раз невольно возвращаюсь к восхождению на стену Ягноба. Именно эта стена заслонила в памяти всё пройденное ранее. Несколько раз хотелось выстроить все покорённые труднейшие участки и сравнить их. Однако трудности даже первой четверти стены перекрывают всё.

Июнь 1971 года. Работаем в Нуреке на закреплении колоссального камня, грозящего упасть на здание строящейся ГЭС. Работы много, устаём ещё больше. Но все вечера посвящены будущему восхождению на первенство СССР. Объектов два – оба в районе Фанских гор – грозная скальная пирамида с красивым названием Мечта и толком никому неизвестная Ягнобская стена, которую и видели то только со спины во время тренировочных восхождений в районе альплагеря Варзоб.

21 июня. Сегодня появилась возможность совершить облёт наших будущих соперников - Мечты и Ягноба на вертолёте. Ведёт МИ-4 наш друг, один из лучших вертолётчиков Таджикистана.

Нас с ним связывает общая работа в Нуреке. В качестве пассажиров летят будущие восходители и участники сбора: Божуков В., Шрамко Г., Данилов В., Лаврушин В., Маркелов В.. На каждом по паре фотоаппаратов и записных книжек. Направляет действия вертолёта будущий руководитель восхождения, большой специалист Фанских гор – Гена Шрамко. Это он приметил незамеченные массой альпинистов, отдельно стоящие Мечту и Ягноб.

Сначала летим к Ягнобу – он ближе к Душанбе, да и погода в этом районе портится раньше. Накануне была непогода – все вершины покрыты снегом. Картина величественная и грозная.

Мы рады снегу как никогда. Сегодня он даст возможность определить самый сложный участок стены и сделать, в конце концов, выбор соперника.

Подлетаем к Ягнобу. Все бросились к иллюминаторам. Щелкают фотоаппараты. Поворот. Толком ничего не успели рассмотреть, но первое впечатление уже есть. Колоссальный по своим размерам массив ослепительно сверкает свежим снегом и только в одном месте снега нет – в центре обращённой на запад стены. Мелькает подозрение, что снег там просто растаял. Внимательно смотрим вокруг – линия выпавшего снега лежит ниже основания стены. Возможно – это вертикаль. Облетели всю стену. Массив колоссален. Протяжённость – километров шесть, и всюду – стена от чёрной скальной западной до скально-снежно-ледовой северной.

Приметили место для лагеря и площадку для вертолёта. Сели. Осмотрелись и полетели дальше к Мечте. По пути разгорелись споры о вертикальной протяжённости стены, которая при ближайшем рассмотрении оказалась рыжей с чёрными подтёками. Валера Лаврушин давал 600 метров, Гена Шрамко утверждал, что никак не меньше 800 метров, но тоже сомневался. Уж очень маленьким показался западный отвес по сравнению со всем массивом.

Меня же волновал один вопрос – микрорельеф. Можно ли пройти лазанием или придётся шлямбурить? Стена представлялась гладкой, будто отполированной.

Вот и Мечта. Гена бросился к иллюминатору, мы тоже. Но что это?

Под нами какая-то вершина, испещренная гребнями, кулуарами и косыми полками. Мы не поверили. А Гена забился в угол и больше уже не смотрел, настолько велико было впечатление от Ягноба.

Облетели Мечту. Провели съёмку и назад в Душанбе. Вечером в Сай-Пихо единодушно решили, что лезем на Ягноб. И тут началось: нужны платформы, лесенки, шлямбура, гамаки, вибрам – всё то, чего у нас нет.

Прошло 27 дней. Закончили работу в Нуреке. Достали платформы, шлямбурный комплект, сделали лесенки, гамаки –вооружились до зубов. Валя Божуков проявил такую оперативность в нашем вооружении, что мы имели фотографии всей стены по участкам.

18 июля. Первая часть сбора отправляется с вертолётной площадки у селения Анзоб под стену своим ходом. Это Шрамко Г., Петров М., Гаврилов Г. и Маркелов В.. В тот же день организуют маленький караван на ишаках и поднимаются наверх Лобачёв Е., Бураго Н.

19 июля. Шрамко Г., Гаврилов Г., Маркелов В. выходят под стену наметить конкретный маршрут и определить высоту стены. Подходя, видим, как стена раскрывается, показывая все свои достоинства. Намечается какой-то путь, слева от которого – "зеркало", а справа какие-то карнизы.

Через 50 минут ходьбы от базового лагере доходим до "бараньих лбов", которые ведут к основанию стены. Взяли всего одну верёвку 40 метров и несколько крючьев. Решили пролезть "бараньи лбы" и подойти под основание. Шрамко одевается, привязывается, берёт крючья и лезет. Не успел он отойти от снега, как верёвка кончилась. Это смутило нас. Значит, масштабы несколько другие. Оставили каску на верхнем конце верёвки в качестве приметной отметки и спустились в лагерь. Вот теперь мы смогли приблизительно определить высоту стены. После долгих поисков в шестидесятикратную трубу нашли нашу верёвку, и тут-то оказалось, что от снега на осыпи до основания стены метров сто, а высота нашей стены не 600 и не 800, а более 1000 метров, примерно 1100 метров.

20 июля. Прилетел вертолёт. Организуем лагерь, разбираем снаряжение, готовимся к затрашнему выходу. Ещё раз намечаем общее направление, а детали доработаем в процессе.

Мы с Геной Гавриловым учимся ходить в вибраме. В нём предполагается покорить стену. Однако за пять дней вибрам не притёрся, и лазание в нём оказалось качественно другим. На этой стадии обучения ненадёжным - в самый неподходящий момент нога соскальзывала с зацепки.

21 июля. Выходим с Геной Гавриловым на обработку стены. Маршрут наметели снизу метров на 250. Коррективы будем вносить на месте. При выборе пути основным неясным местом было прохождение карнизов. Их три длинных гигантских карниза. Левый –самый длиный, но с небольшим нависом; центральный – тёмный от подтеков меньшей длины, но с большим нависом; правый – гигантский рыжий карниз с колоссальным нависом, но самый короткий по длине. Решили брать правый карниз, а дальше идти, как придётся.

Подошли к "бараньим лбам", оделись и пошли по оставленной накануне верёвке. Вибрам держит плохо, соскальзывает. Положение критическое. Придётся лезть в наших испытанных калошах. Переодеваемся. Вибрам вешаем на крюк и вперёд, в неизвестность. До начала стены идём ещё 200 метров, а мы думали, что здесь метров100. Вот это масштабы!

Начало маршрута. Садимся на травку. Я одеваю весь набор "железа". Хочется организовать надёжную страховку на первом крюке, а забить его негде. Шлямбурю. Порода мягкая- доломит, как в Крыму. Забиваю крюк. Проверяю – вынимается без больших усилий. Повторяю все снова – результат тот же. Придется лезть на "соплях" до первой трещины. Гена страхует через выступ. Лезу. Над головой все нависает. Забиваю ледовый крюк в мокрую, скользкую трещину – страховка есть. А дальше – хуже. За трещину не взяться – скользко, а стена слева почти без зацепок. Посмотрел внимательней. Наметил путь, чтобы пройти сразу, не теряя сил, до того места, где трещина переходит в камин. Лезу без крючьев. Ноги на трении, для рук зацепки только на первую фалангу, которые напоминают серую плиту "с яблоками" на Крестовой в Крыму, только посложнее. Гене говорю лишь: "Внимательно". Он знает, что это означает.

Наконец, вылез в камин. Забил крюк – вздохнул свободнее. Теперь надо брать пробку – карниз. Предупредил Гену.

- Лезу?! 

- Да. Давай, можно!

Если есть "ручки" - можно взять любой карниз лазанием. Еще усилие, и я во внутреннем углу. Сорок метров пройдено. Подходит Гена и пытается узнать, как я там пролез. "Пролез", - говорю, а вспоминать, как пролез, не хочется.

На другой день к нам присоединился Шрамко. Лезем выше. Крепкие монолитные скалы доставляют удовольствие, приятно бороться с таким соперником. Преодолеваем мокрый, скользкий внутренний угол. Пришлось даже забить шлямбурный крюк. Наконец, подошли к одному из "ключевых" мест. Это уходящий налево вверх нависающий внутренний угол. Вот где пришлось пошлямбурить и поработать с "кузней". А его верх все-таки пройден лазанием. И тут новая проблема – нужно пройти траверсом метров пятнадцать, крюк забить негде, а полочка узкая. В конце находится спасительный камин. Набираюсь терпения и осторожно иду на равновесии. Дохожу до камина и бью крюк. Все нормально. Наконец подошли к нашему карнизу. Веревки кончились. Остались одни проблемы. Шлямбурить или можно пройти лазанием? Это самое неясное место маршрута обработки.

На другой день, подготовив шлямбуры, Шрамко и Петров прошли весь этот карниз по нависающей щели практически лазанием. Хотя щель нависала метров на шесть при тридцатиметровой длине. Итак, обработка закончена. Делаем окончательные расчеты по плану восхождения, рисуем на комплекте фотографий предполагаемый дальнейший путь, собираем груз.

Выходим двумя группами:

Первая (Шрамко, Ванин, Петров) идет вечером 28 июля и ночует в гамаках на карнизе. 

Вторая (Божуков, Гаврилов, Маркелов) выходит рано утром 29 июля, неся в автоклаве только что сваренное мясо.

Подходим к ночевке и сбрасываем вниз лишнее снаряжение. Теперь мы предоставлены сами себе. Связь с лагерем – ракетами и голосом, правда, слов не разобрать. Но у нас новинка – вымпел – парашют. Бросается такой оранжевый вымпел –парашют с запиской, его подбирают – связь налажена. Воспользоваться, к счастью, таким способом не пришлось, эта связь была аварийной.

По плану сегодня нам нужно подняться до отметки 3500 метров. Работа началась. Заняли каждый свое место: Шрамко, Гаврилов обрабатывают путь; Ванин, Божуков, Петров вытаскивают рюкзаки; Маркелов – их готовит, выбивает крючья, короче говоря, «заметает следы».

Путь логичен, скалы монолитные, с богатым макрорельефом: карнизами, отщепами, внутренними углами и практически все – вертикаль!

Но есть один существенный недостаток – масса мелких камешков, результат отслаивания пластин, лежит всюду на маленьких выступах. Они задеваются веревкой и падают вниз. А если от первого до последнего метров сто - двести, то слышен только свист пролетающих камней. Хорошо, что все нависает! Камни, в основном, летят вдоль стены по воздуху, да и рюкзаки вытаскивать удобнее – не цепляются.

Работаем весь день. Начинает темнеть. Шрамко где-то впереди ищет площадку, а мы все застряли в мокром и скользком камине, сверху течет ручей. Застрял какой-то рюкзак, его не видно и где он - непонятно. Все растянулись на две восьмидесятки – ситуация не из лучших.

И в тот момент, когда все смирились с судьбой и необходимостью сидячей ночевки, сверху слышен голос: "Площадка есть".

К десяти часам вечера мокрые и голодные собираемся на полочке, где можно только стоять. Божуков взялся за приготовление еды, а остальные – шлямбурить и готовить гамаки для ночевки.

Ночью просвистели два камня, но опять в воздухе. Все нормально. Остальные дни были похожи на этот: накануне и во время движения намечается путь и оцениваются варианты по фотографиям, снятым с разных точек, утверждается выбранный вариант. Шрамко идет вперед и все повторяется.

Необычный участок нам встретился в последний день. Прямо из гамака Шрамко полез на стену, обвесив всю ее лесенками, и скрылся за перегибом. Веревка тянется, а крючья не бьются. Что там? По фотографии – стена, а он вроде идет.

И вот когда все собрались опять у мокрого, скользкого шестидесятиметрового камина, все стало ясно. Гена Шрамко прошел по гладкой, лишенной зацепов, стене исключительно на трении метров шестьдесят, забив всего четыре шлямбурных крюка. Как он это сделал, осталось непонятным, галоши на этой крутизне уже соскальзывали.

А дальше опять был сложный камин, в котором кроме крюка ничего не держало. Все было скользкое и мокрое. Камин прошли. Виден конец пути. Однако последние тридцать метров выхода на гребень опять нависают.

Собираем все силы, берем последнее препятствие и мы на гребне. Еще восемьдесят метров по гребню и вершина. Тысяча двухсотметровая северо- западная стена Ягноба пройдена!

Очень необычно видеть под собой небо и стоять на горизонтали. 

Поздравления, ракеты, фотосъемки. И вниз в лагерь, где наша неутомимая Света готовит праздничный ужин. 

Copyright (c) 2002 AlpKlubSPb.ru. При перепечатке ссылка обязательна.