Альпинисты Северной Столицы




Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования

 
екатеринбург работа и вакансии Сотрудники.

 ИСКРЫ ИСТОРИИ 
К пику Победы (Ежегодник 1954-1957)

Аркин Я.Г. (см. Персоналию) Боровиков А.И. (см. Персоналию) 

…Невольно возникает в памяти многолетняя история борьбы за пик Победы.

Впервые увидели его в 1932 г. участники украинской экспедиции — географ М.А. Демченко, альпинисты В.Г. Головко и С.Г. Шеманский, пытаясь проникнуть из верховьев ледника Иныльчек на ледник Кую-Кап, находив­шийся, по их предположениям, по ту сторону ледника Кокшаал-тау. Поднявшись на седловину в отроге Ак-тау, они увидели глубоко внизу вместо Кую-Капа верховья ледника Звездочка. По другую сторону ледника, закрывая южную сторону горизонта, поднималась крутая стена громадной вершины, никем до этого не отмеченной. Но, путешественники, всецело поглощенные другими целями не придали значения своему открытию, не обратили внимания советских альпинистов на неизвестную верши­ну.

Спустя четыре года группа московских альпинистов во главе с Евгением Абалаковым поднялась на вершину Хан-Тенгри. Все было затянуто вокруг плотными облака­ми. Только две вершины возвышались над облачным морем. Хан-Тенгри, на вершине, которой стояли восходители, и к югу от нее неизвестная, высотой не менее семи километров. Сплош­ная облачность, покрывавшая ближние хребты и долины, не позволяла, определить местоположение «новой» вершины. Было также неясно, находится ли она на совет­ской территории или за ее рубежами. 


Победа вид с Хан-Тенгри

Напряженная борьба за жизнь, которую пришлось вести тогда восходителям на спуске с Хан-Тенгри, не позволила им довести до конца свои наблюдения.

В следующем, 1937 г. в глубь могучих хребтов двину­лась экспедиция, руководимая известным альпинистом знатоком Тянь-Шаня, профессором А.А. Летаветом. С перевала Тюз альпинисты заметили на юго-востоке острый пик, заметно превышавший окружающие его горы и расположенный к югу от Хан-Тенгри. На карте вершина не была обозначена. Незнакомка заинтересовала путеше­ственников. Совершая восхождения, они стремились оты­скать ее, определить высоту, уточнить положение.

А.А. Летавет поднялся, в частности, на пик Карпин­ского (5050 м) в хребте Куйлю. «Отсюда перед нами откры­валась грандиозная панорама. На северо-западе вплотную около нас находится пик Конституции. Далее на севере — вершины Терскея с Каракольским пиком во главе. На вос­токе отчетливо виден знакомый уже нам пик Нансена, а прямо за ним конус Хан-Тенгри. Но больше всего привле­кала наше внимание вершина, расположенная к югу от Хан-Тенгри (очевидно, в одном из южных притоков ледника Иныльчек), которая вполне может спорить по высоте с Хан-Тенгри. Эта совершенно неизвестная вершина представляет собой огромный. ледяной массив, резко возвышающийся над окружающими горами (А.А. Летавет. Экспедиция на Тянь-Шань, журнал «На суше и на море», 1938, № 6, стр. 7.).

Эту же вершину видели альпинисты группы И.А. Черепова с пика Конституции. Так существование в верховьях ледника Иныльчек первоклассной вершины, соперничаю­щей по высоте с Хан-Тенгри, стало реальностью

В 1938 г. А.А. Летавет знакомыми тропами вел экспе­дицию на Иныльчек. На леднике Звездочка был разбит базовый лагерь. 8 сентября два отряда выступили на штурм. Кажется, все было подготовлено и предусмотрено, но на пути провалился в трещину и получил тяжелые поврежде­ния В. Ф. Мухин, пришлось транспортировать его в Пржевальск. Заболел и был вынужден спуститься вниз В.И. Рацек. На высоте 5900 м та же участь постигла И.В. Мирошкина, для его сопровождения пришлось спуститься и X.С. Гожеву.

На восхождение смогли выйти лишь трое — начальник штурма Л.А. Гутман, Е.И. Иванов и А.И. Сидоренко. Еще два дня подъема по узкому гребню по крутым склонам. Упорно пробивались вверх отважные альпинисты. Подошли к концу запасы продуктов, на исходе горючее, но воля к победе не сломлена. Еще день борьбы. Последние метры подъема по вершинным скалам, и тройка смельчаков вступила на широкий снежный гребень. Это вершина! 


Победа по Летавету

«Высота 6930 м. На восток и юго-восток, мельчая, уходят цепи гор. Стройность хребтов горной цепи нарушается. А потом это море мелких пиков исчезает вовсе. С юго-запада надвигался фронт густых облаков. Все закрыто, только одна неизвестная еще вершина острым ножом, прорвав гущу облаков, торчит над этим неспокойным морем. Видно, это очень высокая вершина...», — записал в своем днев­нике Л. Гутмана (Л. Гутман. Экспедиция на Тянь-Шань, журнал «На суше и на море», 1939, № 1). По праву первовосходителей альпинисты назвали, побе­жденную ими вершину «пиком 20-летия Комсомола».

Прошло несколько лет, и внимание советских альпини­стов и географов было вновь привлечено к этому району.

Летом 1943 г. сюда прибыла топографическая экспеди­ция под руководством П.Н. Рапасова. Засечки на одну из вершин к югу от Хан-Тенгри дали высоту в 7439,3 м. Это расходилось с установившимся в науке фактом, что высшей точкой Тянь-Шаня является Хан-Тенгри, — ведь вновь открытая вершина превышала ее почти на полкило­метра. Кропотливая камеральная обработка подтвердила предварительный результат. Хан-Тенгри уступил первен­ство пику Победы — так назвали топографы вершину.

Почему же участники многочисленных экспедиций в эти края, проходя по леднику, не замечали вершины? Как восходители на Хан-Тенгри, пик Чапаева проглядели столь внушительного соседа?

Тщательное сопоставление материалов экспедиции П.Н. Рапасова с данными прежних экспедиций, сличение фото­графий показали, что пик Победы и так называемый пик 20-летия Комсомола одна и та же вершина.

Где же были тогда восходители на пик 20-летия Комсо­мола? Может быть, альтиметр, показывающий высоту 6930 м, был неисправен? Или, может, они не достигли высшей точки и, поднявшись на перегиб вершинного гребня, в условиях ограниченной видимости приняли его за вершину? Писал же Гутман, что «... одна неизвестная еще вершина ост­рым ножом, прорвав гущу облаков, торчит над этим не­спокойным морем. Видимо, это очень высокая вершина». Может, это и была вершина пика Победы?

Чтобы разрешить загадку, нужно было взойти на пик Победы.

Первая попытка была предпринята в 1949 г. экспеди­цией альпинистов Казахстана. Руководил ею восходитель на Хан-Тенгри Е. М. Колокольников, в состав ее входили В. Алексеев, К. Я. Александров, А.В. Багров, А.И. Ива­нов.

Восемь человек медленно поднимались по крутому сне­жному склону. Впереди уже виднелся перегиб склона, когда раздался хорошо знакомый альпинистам характер­ный треск, заставляющий замирать на месте, поглубже втыкать ледоруб и наваливаться на него всем весом тела. По склону зазмеилась извилистая трещина. Огромный пласт снега тронулся и, ускоряя свой бег, поехал вниз, увлекая за собой альпинистов.

К счастью, все обошлось благополучно. Пролетев 200-300 м, лавина остановилась. Никто не пострадал, однако продолжать подъем было рискованно, и группа вернулась в лагерь «5400».

Попытка показала, что восхождение будет более слож­ным, чем ожидалось. Трудности подъема на большой высоте усугублялись лавиноопасностью.

Неудача 1949 г. не отпугнула казахских альпинистов. Год за годом выезжали они в горы Центрального Тянь-Ша­ня, совершали восхождения на Хан-Тенгри, Мраморную стену и другие высокие вершины, готовили кадры альпи­нистов-высотников.

В подготовку к штурму пика Победы включились и аль­пинисты Узбекистана. Их высотники прошли подготовку на вершинах Памира и Тянь-Шаня, провели в 1952 г. детальную разведку пика Победы. Был найден новый путь подъема с перевала Чон-Терен. Руководитель экспедиции В.И. Рацек указывал (В.И. Рацек, И.В. Юхин. В районе пика Победы, «По­бежденные вершины», 1953, Географгиз, 1954): «... наиболее безопасным, хотя и длинным, путем, к вершине пика Победы со стороны лед­ника Иныльчек надо считать восточный гребень»!

Наступил 1955 год. К подножию пика Победы отправи­лись две экспедиции: Казахского клуба альпинистов во главе с Е.М. Колокольниковым и объединенная экспеди­ция Узбекского комитета физической культуры и Турке­станского военного округа, которой руководил В.И. Ра­цек.

Альпинисты Казахстана разбили базовый лагерь на левой морене ледника Звездочка, армейцы - на правой. Отсюда пути разделились. Казахстанцы наметили восточ­ный гребень от перевала Чон-Терен, армейцы же вопре­ки рекомендациям их же руководителя избрали северный контрфорс.

Вначале погода благоприятствовала, но в ночь на 20 августа, когда казахские альпинисты находились на высоте 6900 м под самым перегибом восточного гребня (Этот перегиб гребня принято называть восточной вершиной пика Победы), разразилась сильнейшая буря. Снежные вихри сотрясали тонкие стенки палаток, засыпали доверху снегом. Под его тяжестью палатки завалились.

Всю ночь альпинисты провели без сна. Радиосвязь была нарушена. Начальник штурмовой группы В.П. Шипилов предложил желающим самостоятельно спускаться за помо­щью.

На спуске заболел и умер А.Д. Суслов. Усенов остался с телом товарища, Сигитов пошел вызывать спасательный отряд. Более суток полузамерзший Усенов оставался с погибшим товарищем, но никто не приходил. Дальше ждать было невозможно, и Усенов возобновил спуск.

Свежий снег сглаживает неровности, маскирует тре­щины. Страшное переутомление притупляет внимание, полуослепший альпинист (Усенов до этого потерял во время бури очки) не всегда может правильно выбрать путь. Кажется, самое трудное позади. Шаг... еще шаг... Вдруг нога не находит опоры, и Усенов чувствует, что летит вниз. Мелькает тревожная мысль: «Провалился в трещину, никто не узнает, где я!».

Буря вселила тревогу у оставшихся в базовом лагере. Радиосвязи со штурмовой группой не было. Буря не уни­малась. Наконец, когда погода улучшилась, наверх вышла наблюдательная группа.

Поднимаясь по леднику, наблюдатели заметили следы, идущие со стороны перевала Чон-Терена. Следы неожидан­но обрывались, когда же участники группы Семченко поднялись вверх по леднику, они увидели, что стежка следов обрывается у отверстия в снегу. В ответ на окрики снизу донесся слабый голос.

Вскоре закоченевший Усенов был извлечен из трещины. Он провел в глубине ледника двадцать шесть часов. Сбиваясь, моментами заговариваясь, поведал он о разыграв­шейся наверху трагедии. Ведь после него никто так и не спустился из лагеря у гребня...

В Москву, в Алма-Ату, к альпинистам, находившимся на Памире, полетели тревожные телеграммы. На помощь направились спасательные отряды, которые в рекордно короткие сроки подошли к подножию пика Победы.

Поисковый отряд альпинистов экспедиции ВЦСПС под руководством К.К. Кузьмина в быстром темпе поднялся по восточному гребню до последнего лагеря казахских альпинистов. По пути были найдены тела двух альпинистов, но в самом лагере спасатели увидели только покосившиеся, заметенные снегом палатки. Судьба семи участников штур­мовой группы так и осталась неизвестной.

Налетевшая в ночь на 20 августа снежная буря застигла на высоте около 6400 м и армейцев. Пришлось отсиживаться в тесных палатках. Когда буря утихла, продолжить подъем не удалось. Радио принесло известие об аварии у казах­ских альпинистов и приказ немедленно спускаться.

Так закончилась еще одна попытка штурма пика Победы. 

Copyright (c) 2002 AlpKlubSPb.ru. При перепечатке ссылка обязательна.