Альпинисты Северной Столицы




Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования

 

 Стены Хибин в двойке зимой 
Сергей Дашкевич
Екатеринбург, 1 разряд

Весной 2005 года мы съездили в Хибины, где прошли пару интересных стенных маршрутов, один из которых, по заявке первопроходцев, 6-й категории трудности. Мы – это Михаил Борич и Сергей Дашкевич. Своими впечатлениями от прошедшей поездки мне бы хотелось поделиться в этой статье.

Удивительная штука – человеческое восприятие. Казалось бы совсем недавно мы вдвоем рубились на шестерке, мерзли на станциях, укрываясь от холода промокшими и превратившимися в капроновые тряпки с комками льда внутри пуховиками, рыли снег уже немного нечувствительными пальцами на вертикальной стене в поисках точки страховки, тащили рюкзак по перилам вверх, не в силах в одиночку закрепить его на станции, истошно матерились на траверсах, когда первый забывал прощелкнуть перильную веревку в промежуточные точки, боролись со стеной, затаив дыхание, в очередной раз нагружая ненадежно поставленную фифу, но все же продолжая передвигаться вверх, меняя друг друга и подтягивая свой груз на очередной плацдарм для дальнейшего штурма, рыли полку в снегу для палатки одними молотками и ногами, буквально вгрызаясь в склон по сантиметрам в течении двух часов, когда уже давно хотелось спать после тяжелой работы. А затем как-то раз, с утра, пришлось откапываться от образовавшегося сугроба, в котором мы оказались, при этом у палатки погнуло дуги и разорвало тент. И вот прошло полторы недели, а мы уже успели отогреться, отоспаться, привыкнуть к нормальной пище, натрястись в поезде, засыпая под равномерный стук колес, и в памяти постепенно остается только осознание хорошо сделанной работы, красиво и быстро пройденного сложного стенного маршрута. Сложного не только физически, но и психологически. Осознаешь, что да, были трудности, но ничего фатального. Как будто не было «боролова» (как точно выразились первопроходцы) за каждый шаг по стене, как будто не пели песни группы «Ленинград», а также других российских исполнителей во время лазанья, чтобы хоть как-то собраться психологически и поверить, что фифа, поставленная в выступающий кусок мха, выдержит, когда под тобой в нескольких метрах ниже последняя точка (надежная?..). А как стучали зубами на последних веревках маршрута, борясь с замерзанием и со снежными речками, которые бьют в лицо, разогнанные ураганным ветром, а ты повторяешь про себя словно заклинание: «Сейчас главное не ошибиться…» и вслух комментируешь каждое свое движение?

Конечно это все помнится, но мы уже не на стене, а снизу все эти переживания закрываются туманом, как сама стена сразу после спуска. Показываешь фотографии с поездки в n–й раз и опускаешь все эмоциональные подробности, которые добавляют колорита в эти в общем-то достаточно серые образы. Видимо, мозг на уровне подсознания отбрасывает всё пугающее, что может помешать в дальнейшем, ведь если на каком-нибудь сложном выходе свободным лазаньем, когда последняя точка где-то внизу, у тебя задрожат ноги или руки, все может закончиться… Такое ощущение, что происходит внутреннее программирование на более сложные маршруты. И все-таки далеко не все выветрится из нашей памяти. Останется как минимум осознание того, что мы сделали это!

Все начиналось с идеи… Идеи восхождения в двойке в альпийском стиле, как выражения красоты в альпинизме. Ничего лишнего - только ты, напарник и стена. Минимализм во всем, начиная от снаряжения и заканчивая продуктами, чтобы максимально прочувствовать стену. Романтика…

Нам хотелось пройти что-нибудь серьезное в двойке достаточно давно. Постоянно вместе тренируемся (тренажеры, скалы, лед, беговые лыжи…), отлично друг друга знаем, имеем одинаковый неплохой уровень как общефизической, так и специальной (скалолазание, ледолазание) подготовки, но по различным причинам совместного выезда в горы не получалось с 2002 года. Вот почему, когда появилась возможность поехать в горы весной, мы за нее твердо уцепились, «забили» на все свои городские дела (у Михи на носу защита кандидатской, у меня экзамены в аспирантуру) и поехали в Хибины. Кстати, «Хибины» на языке коренных жителей, саамов, означает горы, так что поездка в горы все равно, что поездка в Хибины.

Почему именно Хибины? Во-первых, это удобная база с душем, туалетом, электрическими плитами и настольным теннисом, во-вторых, подходы под ближайшие стены не более четырех часов, в-третьих, это отличный район для бэккантри как занятия для дней отдыха, ну и, в-четвертых, собственно, сами стены с перепадом высот порядка четырехсот метров и наличие на них пяти классифицированных маршрутов 4-5 категории, а также одного поданного на классификацию 6-й категории трудности. А всего в районе около двадцати классифицированных маршрутов и их число постоянно растет. У питерских альпинистов есть даже такое понятие, как «хибинизм» – это когда разряды закрываются только в этих горах. В общем, неплохой тренировочный район, к тому же обладающий своей особенной красотой. Вы когда-нибудь видели северное сияние? Нам не довелось, хотя фотографии очень красочно передают это уникальное явление.

Из Большой Советской Энциклопедии: «Хибины, горный массив на Кольском полуострове, наиболее значительный по площади и высоте (до 1191 м). Хибины – интрузивный массив, сложенный нефелиновыми сиенитами, к которым приурочены богатые месторождения сиенито-нефелиновых руд (Кукисвумчорр, Юкспор, Расвумчорр и др.) Вершины платообразные, склоны крутые с многочисленными снежниками и ледниками, активная лавинная деятельность. Преобладают горные тундры; в нижней части склонов березовое лесотундровое криволесье, елово- и сосново-березовые леса». Эти самые нефелиновые сиениты, внешне очень похожие на гранит (может так оно и есть?), но только с достаточно крупным кристаллом, являются коварной породой. Вроде бы гранит должен хорошо держать точки, но, например, не полностью забитый скайхук может легко вылететь в самый неподходящий момент, просто сколов при этом кусок породы. В общем, если стал «слесарить», то долбиться придется основательно - муторная работа… Отчасти поэтому мы свели к минимуму использование скайхуков на маршрутах (на 4Б забили 3 штуки, а на 6А – всего один (возможно, правда, по причине того, что на нем сломали единственное сверло 6мм), а также совсем отказались от шлямбуров, хотя и брали их с собой на всякий случай.


Маршрут 4Б по стене Вудъяврчорр

Так вот, подкрепленные уверенностью, что ходить надо именно в альпийском стиле, мы с Михой для начала собрались сходить на 4Б в двойке. Этот маршрут команда Макса Панкова (Москва) прошла за 3 дня (26 часов) четверкой в конце июля 2003 года. Они подавали его в классификационную комиссию как скальную 5А. Маршрут имеет протяженность 490 метров при перепаде высот 390 метров и среднем угле основной части 73 градуса. После седьмой веревки стена вертикальная или нависающая с серией карнизов – так что маршрут достаточно сильный. После них была попытка прохождения питерскими альпинистами зимой, но они отступили где-то в районе ключевого участка (мы нашли шлямбур с петлей и спусковую петлю веревкой ниже), так что нам выпала честь второго прохождения маршрута и первого зимнего прохождения. Но об этом мы узнали уже после восхождения, когда съездили в местную федерацию альпинизма г. Апатиты. На тот момент мы хотели ознакомиться с характером здешних маршрутов, а также отобрать ходовое снаряжение для планируемой шестерки, а потому руководствовались классификатором (с дополнениями от 2003 года) и описанием первопроходцев. Мы воспринимали этот маршрут как разминочный и решили взять минимум снаряжения на двоих. Так без сожаления был отброшен бивак (ведь ходить надо в альпийском стиле и за день), большая часть френд, гексы, часть стопперов, а также все ледобуры. Зато мы взяли по паре ледовых молотков на человека в надежде пройти маршрут лазаньем в стиле drytooling обоими участниками.

Отбросив с вечера все лишнее и взяв минимум на маршрут, мы в 5 утра выдвинулись из базы, взяв с собой из еды по паре сникерсов на человека и по два бутерброда с сыром и колбасой, а также пол-литра чая на двоих. Погода с вечера стояла отличная, и мы уже к половине девятого подошли под маршрут, быстро переоделись и через полчаса начали работу. Попеременно страхуясь, быстро подошли под ключ в начале восьмой веревки, где, отрывая сугроб в поисках точки страховки, случайно обнаружили питерский шлямбур. Дальше я еще попробовал пролезть на молотках, выскребся пять метров, забил якорный крюк, одной рукой держась за молоток, а ногами расположившись на трении, затем пролез метр и сорвался – рельеф не лазательный (глухие щели). Очень неудобно бить крючья, когда стоишь в какой-то раскоряке на непонятном гладком рельефе, грузишь инструмент (т.к. он работает только в одну сторону) и при этом второй рукой пытаешься заколотить выскальзывающий крюк. Тут уж либо лезть без промежуточных точек по 85-градусной стене под карнизом в надежде, что где то они все-таки появятся, либо «ИТО-шить» по глухим щелям. Сразу стало ясно, почему отступила предыдущая команда.

Спустился до станции. Здесь, обсудив ситуацию, решили смениться, и вперед полез Миха, демонстрируя отличные навыки фифолазанья, приобретенные в Ергаках на скальном классе чемпионата России по альпинизму в прошлом году. За счет нетривиальной работы фифами выиграли у первопроходцев существенное время на прохождение ключевых веревок (3,5 часа вместо семи). Как-то незаметно стемнело, но так как ночевки в наших планах не было, то мы продолжали работать при свете фонариков. Выяснилось, что действительно темно в этом районе весной бывает лишь с 22 до 02. В остальное время рельеф вполне читается, так что «жить можно». В результате такой работы наблюдали новые для нас интересные явления - принимаешь напарника на станции и ловишь себя на том, что уже спишь. Миха говорит, что когда страховал, тоже периодически засыпал. Вот так, подсвечивая себе пецелевской тиккой и борясь со сном, мы в 5 утра все-таки оказались на вершине, преодолев последние веревки лазаньем под ударами ветра и снега, превращающих «на раз» лицо и одежду в сугробы. Бррррр… А на вершине опять начались глюки, вызванные переутомлением. Так оказалось, что на спуске Миха заснул на ходу и перестал ориентироваться в пространстве. Было забавно, когда он уверял меня, что идти надо в прямо противоположную сторону.

Но вот спуск позади. Мы выбрались на наезженную дорогу. Неожиданно наступил «отходняк» и «сдыхалово». Выпили банку «батарейки» (энергетический напиток), стало чуть легче – на ней и добрели оставшиеся до базы 5 км.

На кого мы были похожи!? Лица обветренные, красные, щеки и животы впалые, как после забастовки, глаза красные. Команда рахитов. Вечером приехал Саня Власов, но мы не смогли его встретить, так как просто проспали.

Отдохнули пару дней, прокатились на горных лыжах по кулуару с соседнего Юкспора, и вроде как жизнь стала налаживаться, а идея прохождения шестерки сначала робко, а затем вполне реально вошла в наши дальнейшие планы. Вообще идти на шестерку в двойке зимой – это авантюра. Мы бы, пожалуй, предпочли маршрут 5Б. Но до классифицированной 5Б на Петрелиус в это время года можно добраться лишь на снегоходах. Поэтому у нас особого выбора и не было. Тем более, что судя по статистике рассмотрения отчетов по Хибинам в федерации альпинизма то, что заявлено как 6А примут к зачету как 5Б…

Нам повезло. В Кировске (до 1934 г. Хибиногорск) как раз в это время был Макс Панков (руководитель восхождения на стену Поясов г. Тахтарвумчорр 6-й категории), и мы получили подробную консультацию по предстоящему маршруту с видео и фотоматериалом. И вот, выпустившись в Апатитах и закупившись «топливом» (рекомендуем брать «Карельский» бальзам) и продуктами на стену, начали в очередной раз отбирать снаряжение, руководствуясь все теми же принципами, но с учетом предыдущего восхождения. Решили все-таки взять гексы, чуть больше стоперов, зато существенно сократили набор крючьев и френд (взяли шесть крючьев и пару френд большого размера). Стену решили идти без обработки, т.к. на ней возможны ночевки на поясах, пересекающих стену поперек, поэтому взяли только две веревки и палатку, а также один пуховый спальник на двоих, пару ковриков, газовку и лампу с парой баллонов, одну кастрюльку и два пол-литровых термоса. Из рюкзаков взяли один штурмовой 45-литровый и один большой 90-литровый. Все. Барахла получилось… мама не горюй, так что под стену нам помогал забрасываться Саня.

Высунувшись утром из палатки, обнаружили, что метет, идет снег, видимость метров 60-100. А с вечера казалось, что жизнь-то стала налаживаться.... Но не отступать же теперь, когда уже настроились, к тому же если свернуть назад, то вернуться под стену будет гораздо сложнее психологически. И вот, отпустив Саню с лишней снарягой домой, начали пробиваться под стену.

Хорошо ходить зимой! Там где ребята лезли две веревки 4-5 категории, мы заскочили по льду. Не связываясь. Затем на полке переоделись и, как всегда, в девять начали работу на маршруте. С этого момента и началось то самое «боролово», которое достаточно хорошо описывают первопроходцы. Я раньше не представлял, как за день можно пройти всего две с половиной веревки. Мне казалось, что это очень медленно. Но отсутствие нормальной страховки, лазанье по нависающей развальне, глухим щелям и сугробам (по непонятным причинам висящим на вертикальной стене) приводят к борьбе за каждый шаг. Причем эта борьба выражается не только в поиске следующей точки, но и в преодолении своего собственного страха, что гораздо сложнее. Стоишь в верхней ступеньке лесенки, копаешься в поисках хоть какого-то рельефа и в очередной раз находишься в состоянии творческого кризиса: либо уходить в глухую долбежку, либо нагружать фифу, которая шатается, так как просто поставлена на узенькую покатую полочку… И как-то сразу хочется ставить сблокированные точки… Хочется надежности там где ее нет… ИТО А3. Да чтоб я еще хоть раз… на шестерки. Кстати, что это там виднеется? Шлямбур! «Значит нам туда дорога!» (Агата Кристи). И быть там станции! Но вот доходишь до шлямбура, блокируешь его со своими точками, принимаешь партнера, и, если у тебя уже нет моральных сил дальше бороться сегодня, то он сменяет тебя. А снизу все не так: почему-то всегда удивляешься, как здесь вообще можно вылезти. Но ведь выскребся, заборол…

Да, после первого скайхука на этом маршруте у нас сломалось новенькое хилтивское сверло в пробойнике, поэтому уходить в долбежку просто не было возможности.

А вечером было двухчасовое копание полки под палатку, чай в неограниченных количествах, банка гречки с мясом на двоих и дежурный бальзам на сон грядущий. Но вот как раз со сном на этом маршруте не задалось. Все-таки мало одного спальника на двоих, тем более, когда за день промокаешь насквозь. Так, простучав зубами часов до трех ночи, единодушно решили запалить лампу. Газовая лампа, конечно, дает определенное тепло, но его оказалось недостаточно, чтобы хорошо обогреть палатку. Померзнув еще часа полтора, встали и начали готовить завтрак.

А затем снова борьба до темноты. И опять пройдено только три веревки. В этот день погода сыграла с нами злую шутку. Мы заметили, что обычно погода здесь меняется в три часа дня. И если с утра было ясно, то после трех довольно быстро наползают облака, идет снег, дует ветер, и наоборот, если с утра непогода, то после обеда становится более или менее светло (хотя бы снег не идет). На этот раз как установилась непогода, так она и стояла несколько последующих дней. На утро следующего дня мы обнаружили, что палатка с трех сторон наглухо закопана, при этом до минимума сократилось жизненное пространство - даже колени не раздвинуть, сидишь и держишь плечами тент и дуги, чтобы их не сломало. Позавтракав в таких условиях, выбрались наружу. А затем еще два часа откапывали палатку, которую всю перегнуло, а тент разорвало вдоль бокового шва. Удивительно, что в этом снежном беспорядке ничего не потеряли. Все наше скальное снаряжение, которое с вечера мы развесили на стене, также оказалось где-то глубоко в сугробе. И вот в штормовой одежде, превратившейся в ледяные панцири, мы полезли в снежную мглу, гонимые жаждой движения, чтобы не замерзнуть. Рельеф пошел более простой, и мы достаточно быстро относительно предыдущих дней оказались на вершине. И снова «боролово» со снегом и ветром, но уже на спуске. Хорошо, что внизу нас встречал Саня. Мело так, что его следов, оставленных полчаса назад, мы уже не нашли. Выглядели мы тогда никак, перемещались примерно также. Саню даже удивило, с каким пофигизмом мы пересекали лавиноопасные склоны…

Так, доковыляв до базы, рухнули в кровать и проспали до обеда следующего дня. С интересом прочитали газету с хрониками прошедших дней: оказалось, что этим БУРАНОМ сорвано около 30 квадратных метров кровли, разбито 19 стекол в домах, порвано несколько сотен метров проводов электропередач…


Стена поясов с маршрутом

Ну что ж, теперь уже можно подводить итоги восхождения. Мы опять же в двойке в зимних условиях в непогоду прошли за три дня (31 час) в альпийском стиле без использования шлямбуров и с одним скайхуком сложный скальный маршрут, который первопроходцы подали на классификацию как скальную 6А, у нас второе вообще и первое зимнее прохождение маршрута. Мы считаем, что маршрут все-таки 5Б категории сложности в силу его небольшой длины и абсолютной высоты, но технически он вполне соответствует заявленной категории. Для сравнения, команда Макса Панкова пролезла летом этот маршрут тройкой тоже за три дня (30 часов) с предварительной обработкой и использованием скайхуков и съемных шлямбуров. Маршрут имеет протяженность 400 метров при перепаде высот 350 метров и средней крутизне основной части 88 градусов. Местные знатоки говорят, что это самый сложный маршрут в районе…

Мы выкладывались полностью на пройденных маршрутах, боролись до последнего метра, до последней закладки. Мы вернулись. И уже можно с головой окунуться в жизнь, с высоты достигнутого, взирая на все мелкие неурядицы. Что же дальше…!?

Copyright (c) 2002 AlpKlubSPb.ru. При перепечатке ссылка обязательна.