Альпинисты Северной Столицы




Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования

 
Медитации ОШО. мой Непал.

 

ВОСХОДИТЕЛИ И БЮРОКРАТЫ, ПОБЕДЫ И КОНФЛИКТЫ (1956-1972)

Юрий Ицкович
кандидат технических наук, 
1 разряд по альпинизму, 
МС по горному туризму.

Часто в горах один неосторожный шаг отделяет триумф от трагедии. Случается и так, что триумф, победа в невероятной, экстремальной обстановке через какое-то время приводит к неприятностям, конфликтам, даже поражениям в обыденной жизни. Но, несмотря ни на что люди снова и снова идут в горы. Многие готовы терпеть любые мытарства в быту ради одного яркого мгновения, одной короткой минуты торжества над стихией.  Потом новые искатели повторяют подвиги предшественников и идут дальше. А бывают случаи, которые поражают воображение и рождают целую плеяду последователей, остаются в памяти людей, в истории. Чаще всего эти случаи связаны с риском. Я не могу, конечно, изложить полную и подробную историю всех горовосхождений. Я хочу рассказать лишь о том, как все это начиналось в моей жизни, рассказать о людях, которых я знал, или о которых  рассказывали мне мои друзья, о победах и конфликтах в горных видах спорта.

В далеком 1956 г., когда я впервые, по воле своих родителей, а проще по путевке попал в горы, там уже совершал увлекательные и рискованные походы и восхождения воспитанник Ленинградского университета Евгений Константинович Иорданишвили, ныне доктор технических наук, профессор, а тогда - просто Гоша . Именно его я назвал бы основоположником сложных высотных путешествий ленинградских туристов-спортсменов в горах. Тогда я о нем ничего не знал. Только несколько лет спустя, в связи с его именем, услышал историю о том, как на Тянь-Шане группу восходителей завалило лавиной. И, скорее всего они бы там и погибли, но одному из спортсменов удалось выбраться из-под снега. Он то и перетянул чашу весов судьбы в сторону жизни.

Лишь совсем недавно подробности этих событий1/ рассказал мне Игорь Николаевич Остроухов, ныне почтенный доцент института Киноинженеров, тогдашний председатель маршрутной комиссии г. Ленинграда, которого по праву считают живой энциклопедией спортивного туризма. После него председателями этой комиссии были замечательные спортсмены: могучий Вано Благово, осторожный Марк Каценельсон, основательный и надежный Виктор Сергеев, но Игорь остается, видимо, самым полным хранителем истории ленинградских горных путешествий. Многое из того, что я собираюсь рассказать, я знаю от него.

В 1959 году Евгений Иорданишвили организовал сложный поход в районе хребта Сарыджас и поставил перед собой более чем достойную цель: впервые пройти с ледника Южный Иныльчек на ледник Звездочка через перевал Высокий - самый высокий перевал на Тянь-Шане, высотой около 6000 метров. Надо сказать, что этот район находится вблизи пика Победы - самого северного семитысячника на Земле. Соответственно и весь район - самый северный из высотных районов Земли с высотами выше шести тысяч метров. Холодно там и зимой и летом. Из-за этого снег там очень коварный, сухой и сыпучий.

Поначалу все шло нормально, группа прошла ледник Южный Иныльчек от слияния с ледником Звездочка до верховий, преодолела все, что положено, и впервые в истории вышла на перевал Высокий. Не берусь судить, все ли было безошибочно в выборе пути спуска с перевала на ледник Звездочка, в тактике спуска, в подборе снаряжения для выбранного  маршрута, в акклиматизации участников. Не в этом дело. Задним умом мы все очень сильны, а тогда у Евгения, скорее всего, просто не было достаточной информации о том, что ждет группу на спуске.

Исходя из совокупности всех обстоятельств, группа выбрала путь спуска по снежному, а значит лавиноопасному склону. Может быть, все бы и обошлось, но был в группе участник, как сейчас принято говорить “слабое звено”. Так получилось, что в одном месте он оступился, сорвался и сорвал связку. Этого возмущения среды оказалось достаточно, чтобы пошла лавина.

Лавина протащила группу около 500 метров вниз по крутому и опасному склону. Многих переломало, травмировало и завалило снегом. У Иорданишвили, как у Саида из фильма “Белое солнце пустыни”, из снега торчала только голова. На его вопрос, кто может выбраться из-под снега самостоятельно, отозвался только Борис Полоскин. И он действительно выбрался из снега, а затем откопал остальных, на пару со своим будущим другом на всю жизнь Семеном Шульманом.

Положение было критическое. Четверо из шестерых не могли продолжать спуск самостоятельно. Евгений Иорданишвили с вывихнутой рукой и, как выяснилось позже, сломанной лопаткой проявил завидное мужество, продолжая контролировать ситуацию и руководить действиями группы. Он принял единственно правильное решение: ставить палатки, четверым наиболее травмированным оставаться в палатках, а двоим, во главе с Борисом Полоскиным, спускаться вниз и бежать за помощью.

Дорога оказалась сложной и заняла более двух суток. Ночью, когда идти стало невозможно, Борис с Семеном положили на лед свою страховочную веревку, сели на нее и всю ночь пели песни и иногда приплясывали, чтобы не замерзнуть. Этот метод проверен многократно. Песня согревает и помогает терпеть невзгоды. Видимо происходит что-то наподобие воздействия молитвы на верующих христиан или медитации в восточных религиях.

На третий день, измотанные и помороженные, они добрались до базового лагеря альпинистской группы В.И. Рацека и привели их на помощь своим товарищам.

Именно это, подвиг Бориса Полоскина  и врезался в память больше всего. Уже потом, когда Борис стал знаменитым ленинградским бардом, он пел в одной из своих песен: “...чем труднее, тем легче дорога...”, а профессиональные поэты - песенники не могли понять смысла этой фразы и считали ее не искренней. Но мы пели эту песню и верили каждому ее слову. И пусть группе пришлось воспользоваться посторонней помощью, но мужества у участников всей этой истории не отнимешь. В истории горных походов Евгений Иорданишвили с товарищами останутся символом стойкости и мужества. 

Большой вклад в развитие путешествий в дальние и трудно доступные, не исследованные горные районы внесла Валентина Петровна Ротштейн, старший научный сотрудник Радиевого института, кандидат химических наук. Именно она вместе с участниками Евгением Молчановым, Игорем Якорем и другими совершила несколько сложных походов по Памиру и исследовала в конце пятидесятых и начале шестидесятых годов окрестности пика Ленина со всех сторон. Мне посчастливилось быть с нею в горах только однажды, в конце шестидесятых. Это происходило в дальнем углу Тянь-Шаня, на ледниках Южный Иныльчек, Семенова, Мушкетова, в районе пика Мраморная стена. Все было очень ново и интересно, но интереснее всего была сама Валентина Петровна.

Она была уже не молода, лет на двадцать старше всех остальных, кажется, даже ровесница Октябрьской революции. За плечами у нее была Отечественная война, работа в прифронтовых госпиталях, огромное количество сданной донорской крови для раненых солдат и даже медико-химические эксперименты на собственном организме. Спортивная форма была уже не на высоте, многое она преодолевала за счет воли и лекарственных препаратов. Владимир Ицкович с Геннадием Рожковым опекали ее и помогали по мере возможности. Но, когда речь заходила о выборе варианта маршрута, о том, заглянуть ли за очередной отрог, где еще никто никогда не был, или идти известным, старым маршрутом, она преображалась. Она забывала о своих недомоганиях. Она вся светилась бодростью и энергией. Она находила такие аргументы в пользу новых маршрутов, против которых устоять было невозможно. Только благодаря ей мы прошли в тот раз замечательный, нестандартный маршрут, надолго врезавшийся в память.

 В начале семидесятых годов самодеятельные группы Ленинградских горных туристов окончательно созрели для того, чтобы пытаться покорять семитысячники. Наиболее яркой фигурой в этом деле, бесспорно, был Игорь Александрович Бритаров. Он работал тренером-инструктором туризма и альпинизма в областном совете спортивного общества "Спартак", много сил отдавал подготовке и проведению сложных горовосхождений и путешествий. При этом все было организовано профессионально.

Зимой свою команду Игорь тренировал на Зимнем стадионе, организовав этот процесс через родной «Спартак». Весной и летом команда тренировалась за городом, совершала марши-броски по выходным до 60 км и набирала к концу лета отличную спортивную форму.

В его команде были мастера на все руки, такие, как Юрий Станкевич - инструментальщик высокой квалификации на заводе "Электросила”, который делал айсбайли, карабины и прочее горное "железо", служившее впоследствии образцом для производителей спортивного снаряжения. Члены его команды сами сконструировали и изготовили автоклавы вместо кастрюль для приготовления пищи на большой высоте при низком давлении воздуха, сами шили палатки с удобными тамбурами для бытовых целей, пуховки и т.д.

И вот в 1970 году эта суперкоманда поставила перед собой цель: пройти сложный маршрут на Памире и при благоприятных условиях подняться на пик Ленина. Маршрут выбрали не из стандартных (оз. Кара-Куль - через хр. Зулумарт - лед. Зулумарт - лед. Б. Саукдара - лед. Дзержинского - перемычка за Раздельной - пик Ленина - Раздельная - Луковая поляна…), по которым в те годы ходили все восходители: с севера через Луковую поляну, или через перевал Крыленко с небольшими вариациями. Команда решила взойти с трудно доступного Юго-запада, через ледники Саукдара и Дзержинского, через перевал Раздельный, где еще никто на пик Ленина не поднимался, хотя подходы уже были разведаны впереди идущими, в частности, В.П. Ротштейн.

В команде были - Игорь Остроухов, Александр Завьялов, Юрий Станкевич, Юрий Жеско, Олег Доценко, Александр Куликов. Правила игры в то время были таковы, что оформить официально маршрут туристской группы через пик Ленина было невозможно. Поэтому в маршруте было намечено прохождение перевала Раздельный вблизи пика Ленина с южной стороны Заалайского хребта на северную и радиальный выход на ребро пика Ленина. Радиальные выходы с разведывательными и познавательными целями туристам делать не запрещалось.

Группа прошла трехнедельную акклиматизацию во время подхода к пику с юга через несколько перевалов высшей категории сложности в Заалайском хребте и его отрогах, включая два первопрохождения, и вышла на ледник Дзержинского в верховьях которого расположен пик Раздельный высотой 6300 метров и перевал, ведущий на север, на Луковую поляну. От этой точки маршрута группа пошла по гребню пика Ленина и заночевала на плато на 6500 м.

На следующий день при тихой солнечной погоде около 12 часов дня Бритаров с командой вышел в радиальную “прогулку” по плато пика Ленина. Подъем проходил спокойно без существенных технических трудностей. Спортсмены шли не спеша с остановками через 50-60 шагов для отдыха и в 15 часов наткнулись на тур, который свидетельствовал о том, что они “случайно” взошли на вершину (7134 м). В 17 часов все спустились в лагерь 6500, а утром начали спуск (через пик Раздельный) и к вечеру были на Луковой поляне.

Так, можно сказать “играючи”, был впервые проложен новый маршрут на пик Ленина с юга. За этой легкостью, конечно, стоял тяжелый труд и огромный объем тренировочной работы. О высокой спортивной форме группы говорит такой факт: утром на Луковой поляне у группы оставалось из продуктов одна пачка сахара и немного кофе. Был конец лета, конец сезона и на поляне не было ни души (только две могилы в стороне свидетельствовали о недавней трагедии в горах). Восходители сварили и выпили кофе, надели рюкзаки и в 7 часов утра вышли в сторону ближайшего поселка Кок-Су, находящегося в 30 км к северо-востоку от места ночевки. В 9 часов вечера они достигли цели, показав завидную скорость передвижения с рюкзаками, и смогли пополнить израсходованный запас продуктов.

Продолжение этой истории связано с именем известного исследователя гор Владимира Ивановича Рацека, того самого, чьи спасатели помогали группе Евгения Иорданишвили. В.И. Рацек - полковник, кандидат географических наук, автор нескольких книг о горах, первооткрыватель ряда вершин, в том числе пика Военных Топографов в районе пика Победы на Тянь-Шане. В то время он руководил отделом подготовки горных частей Туркестанского военного округа и с энтузиазмом внедрял в войска различные тактические схемы действий в горах.

Именно в его округе в 1968 г. Виктор Галкин организовал десантирование военных парашютистов на пик Ленина.

Так вот, Игорь Бритаров, оформил отчет о пройденном маршруте и вместе с запиской, снятой с вершины пика Ленина, отправил его в Ташкент Рацеку для оценки восхождения. Рацек высоко оценил пройденный маршрут. С его участием было принято решение Президиума Верховного Совета Узбекской ССР о награждении участников памятными серебряными жетонами о восхождении. Позже в одной из своих книг о горах Рацек рассказал о группе туристов, впервые попытавшихся взойти и покорить пик Ленина с юго-запада.

Игорь Бритаров, воодушевленный оценкой Рацека, представил отчет о пройденном маршруте на первенство СССР по горному туризму. Всесоюзная маршрутно-квалификационная комиссия и жюри конкурса во главе с Ю.В. Гранильщиковым присудила ему первое место. Однако при утверждении этого решения в отделе туризма и альпинизма при государственном комитете по спорту СССР начальник отдела альпинизма А. Каспин выступил против, усмотрев авантюризм в восхождении с “запасом продуктов” в количестве одной пачки сахара. Ю. Гранильщиков был принципиален и не стал изменять решение своей комиссии. В результате в 1970 году первое место в первенстве СССР по горному туризму не было присуждено никому. Наверно такое решение огорчило И. Бритарова и его команду, но он не тот человек, который отступает перед препятствиями. Он представил свой отчет на первенство родного "Спартака" и получил там медали Чемпионов СССР по ЦС "Спартак".

Так зародился конфликт двух спортивно-бюрократических структур 2/. Может быть, и не стоило Игорю добиваться чемпионских медалей в обход Госкомспорта СССР. Может быть, родители не приучили его беспрекословно слушаться взрослых, может характер у него был не слишком покладистый, но понять его можно. Далеко не каждому удается совершить первопрохождение по новому маршруту на семитысячник даже один раз в жизни. А рассчитывать на подобный триумф дважды - просто бессмысленно. История не знает сослагательных наклонений.

Как было, так было, а было дальше вот что…

В следующем, 1971 году Игорь организовал еще одно восхождение на семитысячник, теперь на пик Е. Корженевской в том же примерно составе. Туристский маршрут был оформлен вблизи пика, а восхождение было заявлено отдельно, как самостоятельное альпинистское мероприятие 3/. Туристская часть маршрута прошла в этот раз неудачно. Близ перевала Кашал-Аяк Олег Доценко получил травму от сорвавшегося камня и его пришлось эвакуировать. Однако после завершения спасательных работ группа совершила запланированное восхождение. Погода была туманная. Восхождение проходило по стандартному маршруту, параллельно с другой альпинистской группой, пришедшей с поляны Сулоева. Обе группы были равны по силам, поочередно лидировали и практически одновременно были на вершине.

В 1972 году И. Бритаров и Ю. Станкевич совершили еще одно высотное восхождение, в этот раз - на пик Коммунизма в составе альпинистской группы областного совета "Спартак" под руководством Фреда Туника – МС по альпинизму.

Скорее всего, у Бритарова были и дальнейшие планы горовосхождений, но судьба распорядилась иначе. Количество самодеятельных горовосходителей росло и с ними иногда случались несчастные случаи. Это раздражало чиновников, отвечающих за статистику в спорте.

Может быть с целью уменьшить поток людей в горах, а может быть благодаря своей хорошей, но не доброй памяти, А. Каспин, тот самый, который воспрепятствовал в 1970 году присуждению команде Бритарова звания чемпиона СССР, организовал разборку деятельности Ленинградского Совета общества "Спартак". Прибывшая комиссия нашла повод для отрицательных выводов о работе руководства общества 4/.

В результате, в 1974 году Игорь Бритаров был дисквалифицирован как турист и как альпинист. Его уволили с работы в спорткомитете. Пострадали и некоторые работники, сотрудничавшие с ним. Игорь остался без работы, а найти новую интересную работу оказалось не просто, даже в советское время. Дело в том, что он имел лишь среднее медицинское образование и прилично зарабатывать с таким образованием не получалось.

После долгих мытарств ему удалось устроиться инструктором Ленинградской областной станции юных туристов на Лосевской детской турбазе. И здесь снова расцвел его талант тренера и организатора. Он работал с мальчишками и девчонками практически всей Ленинградской области. Одновременно тренировал несколько команд, готовя их к соревнованиям по технике туризма. На всех соревнованиях, куда он привозил свои команды, они занимали первые места. Это было на всевозможных туристских многоборьях зимой и летом, это было и на традиционных Егоровских соревнованиях по спасработам (скалолазанье), это было везде. Даже сложилась такая поговорка: “Где бритаровские дети, взрослым ничего не светит”. И опять возникает риторический вопрос, что было бы, если бы у И. Бритарова был более покладистый характер? Не исключаю, что каким-нибудь заслуженным тренером он вполне мог бы стать. Воистину история не знает сослагательных наклонений.

Как было, так было…

Позже Игорь стал директором детской Лосевской турбазы, недалеко от нее построил себе домик и до сих пор живет там и работает, отдавая свой талант воспитанию смелых, хорошо подготовленных и отчаянных людей 5/.

 Сейчас в тех горах все не так, как было в дни нашей молодости. На Памире расположены американские военные базы. Пик Коммунизма переименован. Ему вообще не везет с названиями. Сначала его ошибочно называли пиком Гармо, потом первопроходцы назвали его пиком Сталина, затем, при Хрущеве, его переименовали в пик Коммунизма и вот теперь - в Саманбаши - в честь тысячелетия династии Саманидов.

Другой высотный район СССР, Тянь-Шань отделен сейчас от России суверенным государством Кыргызстан. Существует мнение, что перевал Высокий принадлежит Китаю, и говорят даже, что на пике Победы установлен бюст Мао Цзедуна. Правда есть и другое мнение, что все это выдумки и в районе пика Победы все спокойно. Не хочу вдаваться в споры о геополитической обстановке в районе, тем более, что все известное мне – это информация с чужих слов.

Даже если бюста Мао Цзедуна на пике сегодня нет, это не означает, что его там никогда не было. Не исключено, что бюст стоял некоторое время на пике Победы, а потом был занесен снегом и льдом, или был снят кем-нибудь из альпинистов - патриотов. Так бывает.

С другой стороны претензии на этот район со стороны КНР не являются секретом, по крайней мере, в недавнем прошлом.

У нас в Питере живет легендарный восходитель Евгений Завьялов. Он сначала ходил в туристские походы в команде Игоря Бритарова. Но позже из-за особенностей своего характера замкнулся и стал ходить в горы один. Наиболее знаменитым его походом является одиночное восхождение на пик Победы в семидесятых годах. В тот период отношения с Китаем были похуже, чем сейчас и район был закрыт для посещений. Тем не менее, Евгений обошел все пограничные заставы, удачно и своевременно спрятался от искавших его пограничников и взошел на пик.

Подробно и хорошо об этом написано в первом выпуске сборника «Альпинисты Северной столицы». Совершить такой подвиг было не просто, по крайней мере, вернулся он помороженный. С вершины Евгений Завьялов снял знамя КНР 6/, обернулся в него, спустился вниз и сдался пограничникам. Китайское знамя, снятое им с вершины, и сейчас хранится на погранзаставе. И этот факт, бесспорно, свидетельствует о вполне определенных претензиях Китая.

Еще один факт из собственного опыта. Зимой 1972 года я с группой прошел маршрут по центральному Тянь-Шаню на лыжах, вернее сказать с лыжами, потому что в высоких горах зимой лед и скалы такие же, как летом, и на лыжах очень то не раскатишься. Так вот за те 18 дней мы прошли 360 км, включая 8 перевалов с первопрохождениями из Баянкольского района в Каракольский (тогда – Пржевальский) район, и много общались с пограничниками в начале и в конце маршрута. Они показывали конкретно: на какой горе и когда китайские пограничники с автоматами целились в них, провоцируя вооруженные инциденты.

Пограничники с тревогой рассказывали нам, что при вертолетном патрулировании приграничных районов они наблюдали, как долины около пика Победы обживаются понемногу китайцами. Они приглашали нас принять участие в рейде в низовья реки Сарыджас, чтобы навести там наш порядок. Нам отводилась роль помощников в части горной специфики маршрута.

Я допускаю, что это было не очень серьезное предложение, тем более что дальше предложений дело и не двинулось. Но в целом атмосфера на границе была не очень благостная. Поэтому сам факт восхождения китайских альпинистов на пик Победы с политическими целями кажется мне вполне реальным. Более того, я даже думаю, что в этом нет ничего плохого и что альпинисты любой страны имеют право взойти на любую вершину и оставить на ней памятные знаки. Это тем более справедливо для пограничной вершины.

Различные точки зрения на то, как проходит граница с Китаем в этом районе, изложены в статье «Мы обречены на соседство» из журнала «Континент» №21 (34) за 1-14.11.2000. Мы считаем, что граница идет по хребтам Меридиональному и Кокшаалтау, и все верховья ледника Южный Иныльчек принадлежат нам (имею в виду СНГ). Но в то же время есть точка зрения, по которой граница проходит по прямой линии, соединяющей высшие точки района: Хан-Тенгри и пик Победы. А в этом случае верховья ледника Южный Иныльчек, включая перевал Высокий и восточную вершину пика Победы, принадлежат Китаю. Может быть именно на восточной вершине пика Победы и установлен бюст Мао Цзедуна? Интересно бы посмотреть, что делается на восточной Победе – это задачка для особенно любознательных альпинистов.

Изменилась жизнь в наших странах и в тех замечательных горных районах, теперь уже не наших. Зато наши туристы, получив заграничные паспорта и визы, ходят в китайские горы. Например, в район семитысячников Конгур и Музтаг-Ата (руководитель А. Лебедев), где в пятидесятых - шестидесятых годах прошлого века советские и китайские альпинисты вместе готовились к восхождению на Эверест, которому не суждено было осуществиться из-за испортившихся отношений между руководителями наших государств.

Пусть мало теперь в России высоких гор. Но, наша память хранит живые картины второй половины прошлого века, имена мужественных восходителей таких, как Евгений Иорданишвили, Валентина Ротштейн, Игорь Бритаров и других. И до конца своей жизни мы будем вспоминать эти вершины как частицу нашей Родины.

 Об авторе:

Ицкович Юрий Соломонович (23.02.1937) – инженер, окончил Ленинградский «Военмех» (1959) и СЗПИ (1961), к.т.н. (1967), работал в НИИ «Поиск» (1959 - 1971); с 1971 - в ЦНИИ «Гранит» от инженера до начальника научно-исследовательского отдела; 96 научных публикаций, 118 изобретений, главный конструктор нескольких радиолокационных комплексов. Первое восхождение - 1956 г. (инструктора  - Л. Кораблина, В. Ружевский). Последнее восхождение - 1972. 1 разряд – 1967. Совершил 25 восхождений, в т.ч.: 5а -1. 7-тысячники: пик Коммунизма (1977). Возможно, будущий известный в свое время МС О. Шумилов косвенно дал толчок к моему увлечению горами (учились вместе в одном классе). Параллельно с альпинизмом занимался горным туризмом: МС - 1972, инструктор - 1970. В 1977  взошел на пик Коммунизма (впервые в составе самодеятельной группы туристов). На вершину взошел с братом Владимиром (руководитель группы) с юга через л. Беляева, по ребру Некрасова, через плато пика Правды, по ЮВ гребню. Другие спортивные пристрастия: спортивная гимнастика, легкая атлетика, тяжелая атлетика, футбол, волейбол, лыжные гонки, спортивное ориентирование, стрельба, беговые лыжи (1950-2002, квалификация от второго до первого разряда), горные лыжи. Публикации на спортивные темы: «В плену у пропасти» (Турист, №11,1976), «На пик Коммунизма» (Спортивный туризм, №4-5,1995); в Интернете (www.mountain.ru, 1999-2002) публикации: «А был ли антагонизм?», «Из истории сложных высотных путешествий ленинградцев», «Китайский след на пике Победы», «Александр Дедов - романтик горных дорог».


1/ Эти события очень хорошо описаны в рассказе руководителя похода Е. Иоданишвили "Перевал зовётся Высокий", опубликованном в сборнике "Приключения в горах" (М., ФиС, 1963) и является теперь, конечно, библиографической редкостью (прим. ред.).

2/ Размежевание альпинистов и горных туристов было заложено введением в 1959 г. новых разрядные нормы по альпинизму, в которых были полностью ликвидированы перевальные походы. До этого момента разрядные требования для МС по альпинизму были таковыми (введены с 1.04.1949):

 

1-а

1-б

2-а

2-б

3-а

3-б

4-а

4-б

5-а

5-б

Всего

Перевалы

1

2

2

1

1

-

-

-

-

-

7

Вершины

-

3

2

3

3

3

2

3

2

-

21

В настоящее время перевальный поход (через 2 перевала) ликвидирован даже из норматива на значок "Альпинист России".

3/ На сколько это мероприятие соответствовало Положению о горовосхождениях в СССР? Обязательными требованиями для подобных мероприятий было наличие в составе сбора (экспедиции): спасотряда в количестве 16 человек, имеющих право выхода на восхождения 5а - 5б к/тр., а также - выпускающего, начспаса, врача. Последние могли быть в составе упомянутых 16 человек.

4/ Чиновник А. Каспин – МС СССР по альпинизму и, кстати, родился и долгие годы жил в Ленинграде – в первую очередь отвечал не "за статистику в спорте", а за безопасность и уменьшение травматизма. У Бритарова была действительно уникальная группа, а его последователи были рядовыми спортивными группами, не имевшими достаточной альпинистской подготовки. Поэтому не "иногда случались несчастные случаи", а количество их существенно возросло. Не корректно "поливать" А. Каспина, хотя и Бритаров – отличный мужик – у каждого своя правда (прим. ред.).

5/ Зачем нужны "отчаянные люди" – потенциально опасные? Опять тянет в "экстрим"? (прим. ред.).

6/ Завьялов снял с вершины пика Победы портрет Мао Цзэдуна (на рисовой соломке) и спортивный вымпел с китайским флагом (прим. ред.).

   

Copyright (c) 2002 AlpKlubSPb.ru. При перепечатке ссылка обязательна.