Альпинисты Северной Столицы




Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования

 
Все подробности икб-003 тут.

 Советско-германская экспедиция 1928 года и…
Первовосхождение на пик Ленина (Кауфмана)

Герман Андреев и Юрий Строганов по книгам – Евгения Белецкого: Пик Ленина, 1970 и Георгия Калинина: Фортамбек и его вершины, 1983.

 К.П. КауфманПервое упоминание о существовании Памира или о стране Каратегин, что расположена в верховьях рек Сырдарьи и Амударьи, появилось в записках буддийского монаха из Китая Сюань Цзаня в VII веке.

В конце 60-х годов XIX века туркестанский генерал-губернатор К.П. Кауфман обратился в Общество любителей естествознания, антропологии и этнографии с предложением принять участие в изучении областей Средней Азии. Выбор руководителей общества, принявшего это предложение, остановился на А.П. Федченко, который оказался наиболее подготовленным к выполнению ответственных обязанностей, связанных с самостоятельными исследованиями в Средней Азии.

Первое путешествие А.П. Федченко в Среднюю Азию началось в октябре 1868 г . В ходе этого путешествия Федченко обследовал долину р. Заравшан.

В результате второго и третьего путешествий Федченко в Среднюю Азию, которые состоялись соответственно в 1869 и 1871 гг., были исследованы Кухистан – горная местность в верховьях Заравшана и его притоков – и районы пустыни Кызылкум, примыкающие к Сырдарье.

После возвращения в Ташкент в мае 1871 г . Федченко начал подготовку к новому, самому значительному своему путешествию. Он решил проникнуть в горы, лежащие к югу от Ферганской долины и составляющие южную окраину Кокандского ханства, то есть исследовать загадочную горную страну, расположенную между верховьями Сырдарьи и Амударьи. «Мысль о посещении этого пространства – так называемого Памира, – писал позже путешественник, – преследовала меня с самого приезда в Туркестан в 1869 г.». «На юг от Оша, – писал он, – я должен был встретить горы, которые соединяют Тянь-Шанское нагорье с Гималайским и с Гиндукушем и являются на наших картах в виде меридионального хребта или в виде меридионального же высокого плато».

Федченко Алексей Павлович

Корженевский Николай Леопольдович Крыленко Николай Васильевич
Федченко Алексей Павлович. Корженевский Николай Леопольдович Горбунов Николай Петрович Крыленко Николай Васильевич Шмидт Отто Юльевич

Федченко заручился рекомендательным письмом туркестанского генерал-губернатора К.П. Кауфмана к кокандскому хану Худояру. Из письма явствовало, что Федченко намерен был обследовать пути в долинах рек Исфара и Сох, по которым кокандцы сообщались с местностями, расположенными в верховьях Заравшана, посетить перевалы, выходящие в Алайскую долину, лежавшую за горами Южного Коканда. В составе экспедиции находились: супруга Федченко Ольга Александровна Федченко, на обязанности которой лежало составление гербария и зарисовка видов местности, препаратор животных Я.С. Савельев, стрелок-охотник, переводчик и шесть джигитов, нанятых в Ташкенте.

2 июня 1871 года Федченко и его спутники выехали из Ташкента по почтовой дороге на Ходжент. За селением Махрам открылся вид на покрытый снегом хребет, протянувшийся вдоль южной окраины Ферганской долины. За его перевалами лежала Алайская долина и начинались области Памира. Там Федченко рассчитывал найти ответы на вопросы общей орографии края и исследовать пространства загадочного Болора, который географы того времени считали остовом горной системы Внутренней Азии.

Вначале было решено посетить долины притоков Сырдарьи – рек Исфара и Сох. По словам кокандцев, дорога, ведущая из верховий р. Сох через горный перевал в верховья р. Сурхоб, была опасной. При прохождении по этому пути через тарак (трещину в леднике) путники должны привязывать к своему телу крест-накрест длинные палки, чтобы в случае падения в трещину можно было зацепиться за ее края. Путешественники ехали верхом. Все необходимое для путешествия перевозилось на вьючных лошадях. Во время первой поездки в глубь гор были исследованы истоки р. Исфары.

За Алайской долиной прямо перед путешественником поднимались высочайшие вершины, покрытые вечными снегами. Было видно, что к востоку горная цепь становилась выше.

«Под углом 115°, т.е. почти на восток уже, виднелся пик, который, несмотря на свое наибольшее отдаление, был все-таки выше других, – писал Федченко. – Я заметил его еще снизу с перевала как весьма высокую точку. Вершину эту почти постоянно закрывало облако, и надо было долго смотреть на нее, чтобы составить понятие об ее форме. Форма этой вершины оказалась весьма характерной: пирамида, основание которой очень велико сравнительно с высотой, впрочем, это неправильная пирамида – северный склон ее крут, а южный полог, постепенно переходит в массу гор».

По хорошей тропе вдоль р. Дараут путешественники подошли к сужению долины, где образовалось ущелье реки. Здесь, на крутом склоне, пришлось сойти с лошадей. После небольшого поворота открылся вид на Алайскую долину. У реки  Кызыл-су стояло укрепление, воздвигнутое здесь кокандскими властями. Его глинобитные стены окружали несколько невзрачных построек. Это был Дарауткурган.

Лагерь экспедиции был разбит на берегу р. Кызыл-су. На западе, в десятке километров от Дарауткургана, отроги высоких горных хребтов подступали вплотную к реке. К востоку же, между двумя цепями гор, до самого горизонта раскинулись необозримые просторы Алая, напоминающие ровную степь, поднятую в горы на огромную высоту. В отличие от предгорий долина была покрыта бурой, выгоревшей на солнце степной растительностью. В наше время долина Алая выглядит так же.


Алайская долина. Фото Андреева.

К югу от реки тянулась цепь вершин, ограничивающих Алайскую долину. Она простиралась с запада на восток с небольшим отклонением к северу и уходила, за линию горизонта. Федченко назвал эту горную цепь Заалайским хребтом, а главную ее вершину, открытую им с перевала Тенгизбай, – пиком Кауфмана.


Заалайский хребет.

В 1876 г . в пределы Памира вступила Алайская военная экспедиция генерала М.Д. Скобелева. Этой миссией Александр II желал доказать своему вассалу – эмиру Бухары, что власть России распространяется до самых отдаленных окраин.

Через год в этих местах появилась новая экспедиция, ее возглавлял геолог И.В. Мушкетов. Он не стал спускаться с перевала, а ограничился лишь осмотром панорамы, оценив высоту хребта на противоположном берегу Мук-су в 5800 м и составив описание геологического строения Заалайского хребта по линии его пересечения.

Картографирование хребта Петра I было начато в 1906 г . экспедицией немецкого географа и альпиниста Вильяма Рикмер-Рикмерса. В процессе экспедиции были совершены восхождения на вершины Люли-харви и Большой Ачик. Эти восхождения по праву следует считать первыми на вершины хребта Петра Первого и, видимо, вообще на Памире.

В 1913 г . на Памир вновь прибыли немецкие исследователи. Они продолжили картографирование района хребта Петра I. Геологом экспедиции Р. Клебельсбергом была начата геологическая съемка. Фотоиллюстрации в его книге «Введение в геологию Западного Туркестана», изданной в 1922 г . в Инсбруке, дают ясное представление об орографии значительной части хребта Петра I, совершенно неизвестной до этого.

На торжественном заседании в честь 200-летнего юбилея Российской Академии наук (1924 году) немецкий ученый, исследователь гор Кавказа и Памира, профессор Венского университета Вильям Рикмер-Рикмерс предложил провести совместную советско-германскую экспедицию для окончательного исследования Памира.

Экспедиция состоялась в 1928 г . В состав экспедиции были привлечены научные силы молодой Советской республики и сильнейшие географы Германии. Лучшие альпинисты обеих стран не только обеспечивали, но и выполняли ряд работ.

Советская часть экспедиции – всего 33 человека – была представлена уже известными исследователями Памира профессором Среднеазиатского государственного университета Н.Л. Корженевским и астрономом Пулковской обсерватории Я.И. Беляевым, учеными и альпинистами чьи имена в дальнейшем прославились во многих географических открытиях, как на Памире, так и в других районах нашей страны – Н.П. Горбунов (соратник В.И. Ленина, будущий академик,  выполнявший его поручения по науке, технике, культуре); геолог Д.И. Щербаков (также будущий академик); геодезист К.В. Исаков, топограф П.Г. Дорофеев, Н.В. Крыленко (занимавший в то время пост верховного прокурора РСФСР, был руководителем альпинистской группы). В составе этой группы были О.Ю. Шмидт, в дальнейшем известный исследователь Арктики, знаменитый математик, астроном, геофизик, государственный и общественный деятель, академик, Герой Советского Союза. Наравне с мужчинами тяготы памирской жизни, как альпинистка, делила Е.Ф. Розмирович (первая жена Н. Крыленко член ревтрибунала, а в годы Великой Отечественной войны хранитель наследия А.С. Пушкина, Л.Н. Толстого, М. Горького – прим. ред.). Группой киносъемки руководил режиссер В. А. Шнейдеров.

В составе немецкой части экспедиции был инициатор экспедиции В. Рикмер-Рикмерс, а также сильнейшие восходители того периода Борхерс, Альвейн, Шнайдер, Вин.

В числе многих важных географических открытий, наряду с определением высот многих вершин, со стороны ледника Федченко в хребте Академии наук были сделаны засечки на вершину, высоту которой определили в 7495 м. На основе работ были составлены карты различного масштаба как на русском, так и на немецком языках. При взаимном согласии высота 7495 м была помещена на них под именем «Пик Гармо».


Гармо. Коммунизм с Федченко.

Памирская экспедиция Академии наук СССР 1928 г . исследовала и Заалайский хребет. Из Алайской долины была произведена фотограмметрическая съемка этого хребта. В результате этой съемки, а также ранее произведенных Дорофеевым исследований была составлена карта, на которой орография Заалайского хребта от перевала Кызыл-Арт до перевала Терсагар, включая и те области, которые до этого времени не посещались исследователями, была дана достаточно точно. Вершины хребта, не имеющие местных наименований, получили названия: пик Дзержинского, пик Свердлова, Красина, а высшая точка Заалайского хребта, считавшаяся в то время и высшей точкой СССР, была названа пиком Ленина (ранее пик Кауфмана).

Теперь на очередь дня стала задача проникнуть к верховьям его ледников, подняться на вершины хребтов, и, прежде всего, на его высшую точку – пик Ленина.

Восхождение на эту вершину, превышающую 7000 м над уровнем моря, было одновременно и увлекательной спортивной целью. В то время восхождения на подобные пику Ленина семитысячные вершины удавались лишь немногим альпинистам мира. Значительная часть попыток заканчивалась безрезультатно и даже сопровождалась гибелью альпинистов.

В сентябре, после окончания основной работы экспедиции, немецкие альпинисты решили подняться на пик Ленина. Путь к нему они наметили еще во время походов, предпринятых ими на панорамные пункты в хребте Зулумарт со стороны оз. Каракуль. В середине месяца с проводниками-киргизами и вьючными лошадьми немецкие альпинисты Альвейн, Вин и австриец Шнейдер (они на протяжении первых двух месяцев совместно с геодезистами и топографами производили фототеодолитные съемки) вышли из Алтынмазара и направились к верховьям р. Сауксай. Продвигаясь по старой тропе, они обошли труднопроходимую теснину вблизи устья реки.

За урочищем Кунгузтокай, где бывали раньше киргизы, старая вьючная тропа закончилась и альпинисты в сопровождении нескольких носильщиков пешком направились к леднику (Саукдара – прим. ред.), из которого берет начало р. Сауксай. 22 сентября они вступили на этот ледник.


Саукдара, ледник.

Из лагеря на высоте 5200 м перед ними открылся вид на седловину в Заалайском хребте и примыкающие к ней вершины.

Путь к пику Ленина казался нетрудным. Немецкие альпинисты решили немедленно предпринять штурм вершины. 23 сентября, уже без носильщиков, они отправились к седловине, взяв с собой бивачное снаряжение и всего только двухдневный запас продуктов.

Вечером на седловине на высоте 5820 м у альпинистов возникли разногласия по поводу направления, в котором следовало бы продолжить восхождение. Положение пика Ленина относительно седловины было для них неясно.

Утром они начали подъем в восточном направлении, но вскоре убедились, что находятся на ложном пути: с высоты 6100 м они увидели, что главная вершина хребта лежит на западе. Пришлось спуститься вниз на седловину и провести там еще одну ночь.

25 сентября немецкие альпинисты оставили на седловине свою палатку и в 8 часов 20 минут начали восхождение по восточному гребню пика Ленина. По их расчетам, они могли достигнуть цели через семь часов, набирая в среднем за каждый час, включая отдых, более 200 м высоты. Восходители сильно страдали от холода, особенно у них мерзли ноги, обутые в обычные кожаные альпинистские ботинки. Каждый час им приходилось останавливаться и отогреваться в палатке-мешке. К 12 часам они вышли на самостоятельно выраженное плечо гребня ( 6650 м ).

Открылся вид на последний перед высшей точкой пика крутой взлет гребня, но до цели было еще далеко. Перепады гребня трижды вынуждали их опускаться и снова подниматься, при этом каждый раз они теряли по нескольку десятков метров высоты. На высоте 6900 м были оставлены тяжелые рюкзаки. Дальше борьба шла за каждый метр подъема. Остановки для отдыха следовали все чаще, и, наконец, через каждый десяток метров усталые альпинисты вынуждены были садиться на снег. Постепенно у них стала пропадать чувствительность пальцев ног.

На последних 150 м подъема к вершине крутизна склона составляла 55°. В 3 часа 30 минут дня Альвейн, Шнейдер и Вин достигли высшей точки пика, а в 5 часов 45 минут спустились к своей палатке на седловине. Поздно вечером (немецкие альпинисты не отметили точного времени) они прибыли в лагерь 5200 м, установили палатку и уснули. Только утром они убедились в том, что их ноги обморожены; особенно сильно пострадали Шнейдер и Альвейн.

С большими трудностями альпинистам удалось добраться до лошадей, доставивших их в Алтын-мазар. Пострадавшие были отправлены в Ош и находились там долгое время на излечении. Научное значение похода немецких и австрийских альпинистов к вершине пика Ленина было невелико: их описание пройденного пути почти ничем не могло пополнить имевшиеся уже к тому времени сведения о верховьях р. Сауксай и южных склонах Заалайского хребта.

   

Copyright (c) 2002 AlpKlubSPb.ru. При перепечатке ссылка обязательна.